Тридцать три перекрёстка

Для поэтики философских стихов характерна некая отстранённость автора от протагониста, при том, что практически всегда эти произведения явственно, даже болезненно автобиографичны. То есть автор действует в двух ипостасях: и как главный герой, и как некий «закадровый голос», высказывающий порой то, что герой, возможно, сам боится сказать или подумать.